8 800 511 04 80 info@lightinhands.ru

Об этом не принято говорить вслух, и потому особенно хочется сказать громче

Об этом не принято говорить вслух, и потому особенно хочется сказать громче
Дата публикации: 20.05.2019

18 июля 2017 года я потеряла ребенка на пятом месяце беременности.

Полтора года я не решалась об этом рассказать публично, но боль от той потери живет внутри меня и никуда не уходит. Может быть, ничего не изменится от этих строк и публичности, а, может – мне станет легче. Надеюсь, не только мне.

Долгожданная беременность

В марте 2017 года я узнала, что беременна. Это была долгожданная и очень радостная новость. Волнительные и трепетные чувства. Думаешь только о хорошем, гонишь все дурные мысли прочь. Ну не может ничего страшного произойти, ведь все же кругом счастливо рожают детей!

12 недель, первое контрольное УЗИ. Все в порядке, малыш развивается как надо. Пол ребенка нам тогда сказать не смогли: малыш лежал так, что нельзя было увидеть. Как и положено, каждые две недели хожу к врачу, сдаю анализы. Жду, когда начнет округлятся животик, но это почему-то не происходит. Делюсь своими переживаниями с близкими, но все успокаивают – у всех всё по-разному, живот может быть небольшим. Но живот не просто небольшой – он плоский. Беременность первая, еще не знаешь, как всё должно быть, всячески себя успокаиваешь и надеешься на врачей.

В 18 недель я иду на очередной плановый осмотр. Вопросы не задаю, потому что очень страшно услышать ответ. Просто надеюсь, что врач сам скажет, если что-то не так. На удивление все в порядке, только рекомендация сходить на контрольное УЗИ. Сейчас я понимаю, что уже тогда было понятно – беременность развивается неправильно. Размеры матки не соответствовали сроку, и врач должен был срочно отправить меня на УЗИ. Но было лето, мой лечащий врач была в отпуске, а меня принимал врач на замене, который, я думаю, не захотел разбираться, а просто прописал нужные размеры в моей карте и отправил домой.

18 июля 2017 года я потеряла ребенка на пятом месяце беременности.

Полтора года я не решалась об этом рассказать публично, но боль от той потери живет внутри меня и никуда не уходит. Может быть, ничего не изменится от этих строк и публичности, а, может – мне станет легче. Надеюсь, не только мне.

Долгожданная беременность

В марте 2017 года я узнала, что беременна. Это была долгожданная и очень радостная новость. Волнительные и трепетные чувства. Думаешь только о хорошем, гонишь все дурные мысли прочь. Ну не может ничего страшного произойти, ведь все же кругом счастливо рожают детей!

12 недель, первое контрольное УЗИ. Все в порядке, малыш развивается как надо. Пол ребенка нам тогда сказать не смогли: малыш лежал так, что нельзя было увидеть. Как и положено, каждые две недели хожу к врачу, сдаю анализы. Жду, когда начнет округлятся животик, но это почему-то не происходит. Делюсь своими переживаниями с близкими, но все успокаивают – у всех всё по-разному, живот может быть небольшим. Но живот не просто небольшой – он плоский. Беременность первая, еще не знаешь, как всё должно быть, всячески себя успокаиваешь и надеешься на врачей.

В 18 недель я иду на очередной плановый осмотр. Вопросы не задаю, потому что очень страшно услышать ответ. Просто надеюсь, что врач сам скажет, если что-то не так. На удивление все в порядке, только рекомендация сходить на контрольное УЗИ. Сейчас я понимаю, что уже тогда было понятно – беременность развивается неправильно. Размеры матки не соответствовали сроку, и врач должен был срочно отправить меня на УЗИ. Но было лето, мой лечащий врач была в отпуске, а меня принимал врач на замене, который, я думаю, не захотел разбираться, а просто прописал нужные размеры в моей карте и отправил домой.

Только через две недели я попала на второе, контрольное УЗИ. На нем сразу стало понятно, что все плохо – сразу же определяют выраженное маловодие. Количество вод в моем животе было практически равно нулю, потому и живота не было. И следом вердикт, озвученный в коридоре при посторонних людях: «Ваш малыш жить не будет, нужно срочно делать прерывание». И обязательное: «Не переживайте, родите еще». Состояние шоковое. Неужели это со мной это происходит?

Мой маленький ад

И далее начинаются хождения по врачам. После 12 недель никто не сделает прерывание беременности без специального консилиума врачей и четко установленного диагноза. Стоит ли говорить, что никто из врачей не поговорил с нами нормально, никто не объяснил четкую последовательность действий, сроки, риски, что вообще значит «прерывание беременности» и т.д.? Просто перемещаешься от одного врача к другому, из одной в больницы в другую, потому что никто не хочет обременять себя разговором с пациентом. Я знала только то, что прерывание нужно сделать как можно быстрее, т.к. малыш может умереть внутри, начнется выкидыш и ситуация будет опасной уже для моего здоровья.

Сначала меня кладут в роддом, чтобы попытаться восстановить воды. Малюсенькая, но все же – надежда. Но на очередном УЗИ становится понятно, что это невозможно – у малыша нет почек. Редкая генетическая патология, которую не всегда можно увидеть на первом скрининге. Отсутствие почек и стало причиной отсутствия вод. На удивление в эти дни малыш начинается шевелиться и толкаться ножками и ручками, от чего ситуация становится совсем невыносимой. Внутри большая любовь и растущая тоска. Постепенно приходит осознание неизбежности конца – малыш умрет сразу, как только появится на свет.

Я думала, что в роддоме и должны сделать прерывание. Но на 6 день меня выписывают и отправляют в медико-генетический центр (МГЦ), потому что только там собирается специальный консилиум врачей, который может выдать мне разрешение на прерывание беременности. А еще потому что у меня пограничный срок – в роддоме делают прерывание с 23 недель, а у меня только 22. Все это, надо сказать, я узнаю уже потом, а сейчас меня просто выписывают из роддома со словами: «Мы вам ничем помочь не можем», – и отправляют на консультацию в МГЦ. Так ты становишься заложником этой системы, и твой маленький ад не заканчивается, потому что правила важнее человека.

На визиты в МГЦ уходит еще три дня. Сначала УЗИ, чтобы еще раз подтвердить патологию. Потом консилиум, который, наконец, выдает разрешение на прерывание. Узнаю, что эту процедуру делают всего в двух больницах в городе, одна из которых принимает только тех, у кого есть регистрация. У меня на тот момент ее не было. Остается один вариант – гинекологическое отделение в больнице №9, куда я и приезжаю в пятницу в надежде, что меня сразу положат. Но этого не случается, потому что пятница, впереди выходные, врачей нет. Надо ждать понедельника. И твой маленький ад продолжается. Я отправляюсь домой, «отмечать» свой день рождения. Здравствуй, 31 год. Здравствуй, взрослая жизнь!

В понедельник, наконец, меня кладут в больницу. Процедура начинается по сути сразу: первый день таблетки для размягчения шейки матки, второй день – палочки ламинарии. Мне по-прежнему никто не рассказал, как все будет проходить и чего мне ждать. О том, что прерывание – это самые что ни на есть роды узнаю в процессе.

Около 14 часов вторника начинаются схватки. Соседка по палате выписалась утром, и я рожаю одна в обычной палате на обычной кровати. К 18 часам схватки становятся дико болезненными. За это время ко мне пару раз заходила врач, быстро осматривала и уходила. Это роды без специального кресла, без постоянного присутствия врачей и контроля твоего состояния. Ты рожаешь абсолютно одна! Я до сих пор не понимаю, как это возможно. Я не понимала, что происходит и когда все закончится, всё ли идет правильно или мне нужна помощь. Постоянно кричу, потому что не готова к такой боли. Врача по-прежнему нет. Около 8 вечера я рожаю свою малышку. Думаю, что прожила она буквально несколько мгновений – чувствовала это по недолго пульсирующей пуповине. Далее я 40 минут лежу с мертвым ребенком в ожидании врача. 40 минут!

Интересно, что большинство психологов в интернете советуют ни в коем случае не смотреть на ребенка в таких ситуациях, чтобы у мамы не было «психологической травмы». Но мне приходится встать с кровати, взять в руки малышку и пойти на поиски врача. Я изо всех сил старалась следовать этим дурацким советам психологам и не смотреть на ребенка, но замечаю крохотные пальчики на ручках. И меня прошибает – это человек, это мой ребенок! Совсем маленький человечек. Это удивительно, потому что вся медицинская система выстроена так, чтобы ни в коем случае не признать, что это человек. По медицинским нормам, на 22 неделе у вас еще не ребенок, а плод. И врачи используют только это слово. В 22 недели у вас не роды, а аборт. Вся система выстроена так, чтобы вы поскорее забыли эту беременность и не почувствовали себя мамой.

Когда врач все-таки пришел, меня повезли на чистку, которая делается под наркозом. А ребенка у меня забрали. Я так и не знаю, что с ним сделали. Я была в таком шоковом состоянии, что даже не задумывалась об этом, а врачи и не говорили на эту тему. Быстро забрали мою дочь, как будто ее и не было.

Первое, что я ощутила, когда проснулась на следующий день, это пустота – физическая и эмоциональная. Как будто внутри чего-то не хватает, словно вырезали жизненно важный орган, и я ощущаю его отсутствие всем телом. Пришло молоко. Потому что для моего организма, чтобы ни говорилось в бумажках, это были роды. Грудь разрывалась и дико болела. Организм ведет себя так, словно ребенок родился. И от этого невыносимо больно. Через 5 дней меня выписывают из больницы. И никаких психологов, никаких разговоров и объяснений. Система сделала свое дело, а дальше разбирайтесь сами. Родите же еще, какие проблемы.

После потери

Прошло уже два года. И да, мы все-таки родили ребенка, прекрасную доченьку. Но не было и дня, чтобы я не вспоминала свою первую дочку. Я просыпаюсь среди ночи и вспоминаю те дни. Я храню эти воспоминания как единственное, что осталось от моего ребенка.

Несмотря на весь ужас ситуации, я с радостью и благодарностью думаю о своей первой дочери. Я рада, что смогла увидеть хотя бы ее пальчики и осознать в тот момент, что стала мамой. Что была мамой все эти 5 месяцев и несколько мгновений после родов. Я верю, что у моей второй дочери есть свой маленький ангел-хранитель – ее старшая сестра, которая прожила на этом свете всего несколько мгновений. Но она их прожила.

Мне по-прежнему больно от того, что я не смогла с ней попрощаться. Мне по-прежнему больно от того, что я не решилась посмотреть на ее лицо. Мне по-прежнему больно от того, что я не могу прийти к ней и положить цветы на маленькую могилку. Все что у меня осталось, это воспоминания, которых я сохраню, теперь и в этом тексте.

Я бесконечно рада, что за эти два года многое изменилось. Появилась перинатальная паллиативная помощь (пока только в Москве, но все же), появился целый фонд, который помогает родителям, потерявшим ребенка во время беременности, появилось больше информации по теме. Я рада, что все меньше мам и пап сталкиваются с равнодушием врачей (особенно при потерях на ранних сроках), все реже слышат фразу «Ничего, родите еще», все больше родителей забирают своих детей из морга и устраивают для них похороны и настоящее прощание, которое так необходимо для переживания этого горя.

Я пишу эти строки, чтобы поддержать всех мам, пап, бабушек, дедушек – всех, кто так ждал своего малыша. Потому что, конечно, ребенка теряет не только мама, но и вся семья. Вы не одни, вы не плохое исключение правил. Нас, таких исключений из правил очень много, гораздо больше, чем принято думать. И вы обязательно справитесь, вы уже мамы, папы, бабушки и дедушки, хоть и не держали своего малыша на руках! Не верьте тем, кто говорит иначе.

По статистике, в России 127 215 беременностей заканчиваются самопроизвольными выкидышами и 28 950 абортов по медицинским показаниям.

Наш фонд оказывает поддержку таким семьям: как мужчинам, так и женщинам. Мы проводим группу поддержки родителей в разных городах России, организуем личную поддержку с профессиональными психологами, готовим и делаем доступными каждой семье материалы, которые могут поддержать в такой ситуации.

Мы проводим исследования на тему сокращения количества выкидышей и замерших беременностей, и нам сейчас нужны финансовые ресурсы на них. Пожертвования идут на то, чтобы помочь каждой семье, потерявшей ребенка, своевременно узнать о том, что они не одни, и они могут и должны просить о помощи.

Вы тоже можете помочь! Потому что даже совсем маленькая сумма денег вносит вклад в это большое дело. По всей стране семьи смогут узнать, что они не одни, что рядом есть люди, и они хотят их поддержать сейчас.

Помочь Фонду: СМС на номер 3434 со словами НЕОДНА пробел СУММА ПОЖЕРТВОВАНИЯ (например, НЕОДНА 500)

Сделайте подписку на ежемесячные пожертвования и тогда, указанная вами сумма, будет списываться у вас автоматически каждый месяц.




Вы можете Помочь
visa мир maestro mastercard
Помочь сейчас
Вы можете Помочь
Чат-бот Фонда

Регистрация

Чтобы скачать брошюру, зарегистрируйтесь на сайте

Авторизация

Чтобы скачать брошюру, авторизуйтесь на сайте