facebook
Мой маленький светлый ангел
29.03.2021
Мы можем продолжать их любить
12.04.2021

У нас с мужем достаточно быстро получилось забеременеть. В тот период открылась какая-то новая любовь между нами, и, конечно, глубокая любовь к ребёнку. Я и не знала, возможно ли кого-то так сильно любить. Оказывается, да. Малыш буквально ощущался как плод нашей любви, и это было какое-то невероятное волшебство.

Я скачала приложение на телефон, которое каждую неделю сообщало, что сейчас ребёночек как маковое зёрнышко, а сейчас – чечевичка, а вот он уже как фасолинка. И мы начали называть нашего малыша Фасолинкой, Фасолей. Так и привыкли.

На втором скрининге 8 августа 2019 года мы узнали, что наша Фасолинка – девочка. Я видела, что муж был растроган до слёз. Врач УЗИ сказал, что все показатели находятся в золотой середине, всё прекрасно, и ему самому очень приятно сообщать такие хорошие новости. Через пару дней муж уехал, должен был вернуться в конце месяца. Я прекрасно себя чувствовала. Ничего не беспокоило.

 

Госпитализация

26 августа я должна была выйти на работу из отпуска. За день до этого, вечером, у меня началась рвота. Я подумала, что, наверное, вернулся токсикоз. Потом опять рвота, ещё и ещё. Мужа нет рядом. Сквозь сон ощущала, что матка была временами в тонусе. Снова рвота. Пью воду – рвота.

Утром вызвала скорую. Конечно, надо было сделать это сразу. Приехали, стали спрашивать про шевеления, а я уже и не могу вспомнить, когда они были. Шла 22 неделя, и шевеления были едва заметные. Стали ругаться, что раз не помню, надо было давно скорую вызывать. Я не могла ничего говорить, просто плакала.

Меня отвезли в перинатальный центр, сделали УЗИ. Диагноз – маловодие, задержка внутриутробного развития под вопросом, старение плаценты, размер ребёнка не соответствует сроку. Я в шоке! Ведь две с половиной недели назад всё было идеально. Как так? Ничего толком не объясняют, пугают генетическими аномалиями. Слава Богу, живая, слава Богу, сердце бьётся. Спрашивают, почему я не ходила к генетику. Отвечаю,  что всё было хорошо, никто не направлял. Говорят, что нет показаний для госпитализации к ним, кладут в инфекционное отделение. Всё это время муж на связи, переживает, поддерживает. На следующий день он возвращается из поездки. Без него я бы не справилась.

В больнице сделали обследование, но никаких инфекций не обнаружили. Шевелений я не чувствовала и говорила об этом врачу. Пока лежала, заказала фетальный допплер, чтобы слушать сердцебиение Фасолинки дома. Должен был прийти через неделю. Меня выписали через пять дней с рекомендацией посетить гинеколога.

Муж дома, я тоже, очень скучали друг по другу. Кажется, что всё плохое куда-то отступило. Уже идёт двадцать третья неделя беременности, на таком сроке не случается ничего плохого, правда?

Мы стали выбирали имя, но никакое не подходит, мы так привыкли называть дочку Фасолей. И муж говорит:«Может, Ассоль?» Ассолюшка, Солнышко, Фасолинка. Мне очень нравится это имя, так и определились.

 

Ничего нельзя сделать

На следующий день после выписки иду к гинекологу без записи. Пришлось сидеть в живой очереди примерно два часа. Очень тревожно. Зашла в кабинет, описала всю ситуацию с инфекционным отделением, УЗИ, маловодием, что не чувствую шевелений. Врач начинает выписывать всякие направления к генетику и ещё куда-то.

Ложусь на кушетку. Врач берет акушерский стетоскоп – такой деревянный инструмент – слушает. Ничего не говорит. Я молчу, очень страшно. Ведёт меня на УЗИ. Ком в горле, боюсь. Муж на работе. Жаль, что он сейчас не рядом. Приходим в кабинет. Бодрая врач УЗИ говорит, что сейчас быстренько посмотрим основные показатели. Она такая уверенная, что я немного успокаиваюсь и ложусь. Она сидит лицом ко мне и смотрит в монитор.

“Я вижу её глаза, когда она произносит: «Нет, здесь быстро не получится. Записывай». Этот взгляд…Ничего хорошего в нём нет. Замечаю, как она переглянулась с моим врачом и отрицательно покачала головой. Мне не объясняли, но я всё поняла.

Подпишитесь на рассылку

Я плачу, кажется, что это невозможно, так не должно быть. Ведь было всё хорошо! Все показатели в золотой середине. Спрашиваю: «Ребёнок не живой?» — «К сожалению, нет».

Одеваюсь, но в голове какой-то туман, слёзы текут. Вспоминаю, что разряжается телефон. Как я сообщу мужу, если он не ответит сразу? Набираю, говорит, что сейчас приедет.

Дальше я мало что понимала. Какие-то бумаги, никто ничего не объяснил, никто не выразил даже малейшего сочувствия. У меня шок, много слёз и мало понимания. Муж приехал и тоже не мог поверить, что на этом всё. Так не может быть, а вдруг ещё можно что-то сделать? Муж поднялся к врачу. Ничего не сделать, ошибки быть не может. Ребёночек в такой ситуации должен сам родится, для этого вызывают роды. Я этого не знала, думала, может, операция. Что значит родить мёртвого ребенка? Я не справлюсь, не смогу психологически. Ещё и мужа рядом не будет, а мы ведь планировали партнёрские роды. Я знаю, что дочка умерла, но как я её рожу? Это вообще возможно?

 

Моя крошечная девочка

Это была ужасная ночь. Мы с мужем держали связь по телефону, поддерживали друг друга и много говорили, плакали. Жаль, что физически мы были не рядом. Он сообщил родственникам. Мне дали таблетки, вызывающие роды. Схватки начались на следующий день. Муж пришёл в палату, хотя этого нельзя было делать. Его не выгнали. Он все схватки был рядом, держал за руку, поддерживал, говорил: «Дыши». Мой мужчина, мой герой, моя опора. Господи, спасибо, что он тогда был рядом.

Доченька родилась чуть больше трёхсот граммов. Я на неё посмотрела – такая маленькая, такие малюсенькие пальчики. Не шевелится, не плачет. Жаль, что не взяла её на руки. Жаль, что не сделала фото на память. Жаль, что не приложила к груди. Почему никто не сказал, что я могу это сделать?

Дальше была чистка и перевод в палату. Разговаривать не могу, постоянно плачу. На одном этаже с нами родовое отделение, детский плач, беременные. Мне перевязывают грудь так, что тяжело дышать, дают таблетки для подавления лактации. Молока нет.

Выписка с пустыми руками. Одна, без ребёнка, выхожу из роддома. Фасолинки больше нет. Я не беременна. Пустые руки и разбитое сердце. И слёзы, много слёз.

Через две недели после выписки начинается обильная лактация. Пришло молоко для ребёнка, который умер. Муж не понимал, почему я сильнее расстраивалась. Пришёл фетальный доплер – так и лежит теперь в коробке, не пригодился. Сказать, что я ощущала невероятную пустоту на физическом и психологическом уровнях – не сказать ничего. Я была сломана, раздавлена,разрушена. Не женщина. Неполноценная. Не справилась. Разве я вообще достойна того, чтобы жить?

После выписки я уволилась с работы. Со многими друзьями оборвались контакты, потому что я не могла слушать, что всё будет хорошо, или делать вид, что ничего не происходит. Муж ушёл в работу. Я безумно благодарна ему, что мы вместе с ним проходили через весь этот кошмар. Он так поддерживал меня. Мы стали ближе. Без него у меня точно бы крыша поехала.

Но потом что-то в нас сломалось, оказалось, что мы как пара не смогли это пережить, не справились. Испытание не прошли. Развод был по решению мужа.

 

 

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *






Я принимаю Соглашение об использовании персональных данных


×

Для физических лиц

×

Для тех кто желает оказать финансовую помощь, предоставляем реквизиты для перевода денежных средств

БИК 044525225
Наименование банка: ПАО Сбербанк
Корреспондентский счет 30101810400000000225
Расчетный счет 40703810938000006570
Наименование получателя БЛАГОТВОРИТЕЛЬНЫЙ ФОНД ПОМОЩИ РОДИТЕЛЯМ В ТРУДНОЙ ЖИЗНЕННОЙ СИТУАЦИИ “СВЕТ В РУКАХ”
ИНН получателя 7743203821

×

Вы согласны на публикацию Вашего отзыва на сайте и в соцсетях фонда?
ДаНет

×

Agent321