16.06.2017 15 июня состоялась первая встреча группы поддержки
16.06.2017
Самые страшные слова в моей жизни: «Деточка, такое бывает. Ребенок мертв, но ты должна его родить»
29.06.2017

Наши ступени наверх

 

Здравствуйте Александра и организаторы фонда «Свет в руках».

Спасибо вам за благотворительный фонд! Это еще одна ступенька, позволяющая выкарабкиваться из скользкой темной ямы. Таких ступенек немало. Это и психологи, и священники, и группы поддержки в социальных сетях, и оффлайновые встречи родителей, и врачи, вселяющие надежду. Даже неумелые попытки знакомых поддержать – тоже ступеньки, хотя неровные, еле различимые, но и они, словно шаткие выступы в скале, позволяют подниматься. Когда в жизни происходит беда, ступенька становится дороже золота. И я благодарю вас за «Свет в руках», за те истории и брошюры, которые уже опубликованы и будут опубликованы позже.

Наше общее горе

Мне тоже хочется написать нашу историю. После случившегося во мне что-то изменилось. Я стала воспринимать происходящее через призму близких мне людей. И мне стало жаль отцов, про которых говорят, что они «тоже» потеряли, им «тоже больно». Нет, не тоже. А наравне с нами. В такой же точно степени, как и мы, матери, отцы потеряли своих  детей. Когда мы говорим «тоже», получается, будто женщины в первую очередь пострадали. А это не так. Поэтому я попробую описать ситуацию так, как ее мог чувствовать мой муж. Я не давала ему прочесть этот текст и не уточняла деталей, воспоминания о которых, как мне кажется, могут ранить его. Но я чувствую его боль и напишу о ней здесь.

Как все началось

Я вернулась из деловой поездки по одной прекрасной стране, где мне встретились замечательные люди. Но мне очень не хватало в этой поездке мужа, чтобы делиться своими впечатлениями и восторгом. Через несколько дней после моего возвращения мы захотели ребенка. Оба одновременно, чтобы делиться с малышом впечатлениями, знаниями, любовью. Мы рьяно начали обследоваться, три месяца ушло на прохождение всех врачей и сдачу анализов. Все оказалось отлично! Мы поехали в родной город, чтобы там зачать нашего ребенка. Но оказалось, что есть такое понятие как овуляция. Мы тогда были уверены, что любой незащищенный секс приводит к беременности. Спустя полгода после начала планирования тест показал еле заметную вторую розовую полосочку! Мы были счастливы как дети! Не верилось, что мы будем родителями! Какое счастье! У нас будет ребенок! Вот это да! А-а-а-а!

 

Месяцы счастья – спасибо сынок!

Первые УЗИ, первые ощутимые шевеления, первые толчки! И, незаметно для себя, мы влюбились в нашего малыша! Его характер, его привычки реагировать определенным образом на папины поглаживания и мамины прикосновения – это невероятно! Наши прогулки по заснеженному парку втроем. Малыш в животике, но мы знаем, что он нас слышит. Мы чувствуем его. Какое счастье! Мальчик!!! У нас будет мальчик! Незабываемое УЗИ. Я почему-то помню каждую деталь того утра, когда мы узнали, что у нас будет сын. Выбор имени. Хотя, какой там выбор, мы почти сразу решили, что его имя Максим. Наш сынок! Детские вещички. Как это необычно – идти в магазин и выбирать вещи для него! Размеры, такие смешные размеры: написано 56, а это крохотная распашонка. Ах, ну конечно, это рост, а не размер. Кроватка, собранная папой, ждет тебя, малыш. Мы представляем, как будем тебя туда укладывать, как ты будешь улыбаться нам и двигать ножками и ручками. Обсуждаем, в каких случаях будем укладывать в кроватку, а когда ты будешь спать с нами. Идеальная беременность. Ничего не мешало радоваться и ждать встречи с тобой.

Этот день

Я хочу рассказать о муже. Чтобы в нашем обществе понимали, что отцам плохо абсолютно также, как и матерям. О себе скажу лишь, что в день, когда все произошло, я была у врача в женской консультации. Срок 32 недели и 1 день. Сердцебиение у ребенка отличное – 146 ударов в минуту.  Окружность живота в норме. Только у меня отеки. Врач  ругает, что я набрала 4 килограмма за две недели (до этого за всю беременность прибавка составляла 6 кг.) Я сама не знаю, как умудрилась. После разговора с врачом плачу в гардеробе, потом рыдаю дома, потому что она мне назначает капельницы от отеков и разговаривает со мной так, как я бы не стала разговаривать с беременными, даже если бы их ненавидела. Я боялась принимать лекарства. И мне не объяснили их необходимости. Но я послушная. Завтра я приду в дневной стационар  делать капельницу. Но завтра не наступило.

Жизнь перевернулась

Попробую поставить себя на место мужа. Сегодня после работы он должен заехать в магазин за гладильной доской. На днях мы собираемся постирать и выгладить детские вещи, чтобы собрать пакеты в роддом. Все уже куплено. Звоню я: «Привет. У меня тут кровь. Я не знаю, что это. Может, пробка, но ее много. Вызови, пожалуйста, скорую, а то я не знаю, как с мобильного. И приезжай срочно домой». Муж примчался. В квартире море крови. Столько, сколько, как мне кажется, будет, если вылить ведро с водой, когда моешь полы. Он ничего не говорил, делал, что говорили работники «Скорой помощи». Но я даже не могу представить его ужас и не решаюсь спросить, каково это. Я была в шоке. Но видеть процесс не так страшно, как видеть результат. Организм меня защитил. Я не понимала, что происходит что-то непоправимое. А когда видишь все это неожиданно, думаю, страшно невероятно.

В роддоме

В роддом мы ехали, держась за руки. Когда мне объяснили, что будут делать экстренное кесарево сечение, я попросила сказать мужу после операции, что все нормально с ребенком. Я боялась, что, когда проснусь после наркоза, возле меня никого не будет. И тогда я собиралась позвонить мужу и спросить, как наш малыш. Врачи, увидев мою вменяемость, прослушали сердцебиение и сказали, что «всё». Сказали, как есть... А муж узнал только после операции, что я жива, а малыш – нет.

Наш сынок

Нам показали малыша. Красивый, не сморщенный, со здоровым цветом кожи, нормального роста, курносенький с небольшим количеством темных волос  на голове. Но  я этого не помню. Я не помню даже того, как прикасалась к нему. Никогда не думала, что со мной случится то, что раньше я видела только в бразильских сериалах – потеря памяти. А муж помнит. Как фотография перед ним стоит наш сын каждый раз, когда он закрывает глаза. Из него очень сложно «выудить» что-то на эту тему. Мне с трудом удалось разговорить его, чтобы узнать, как выглядел сынок. И после этого кто-то говорит, что мужчинам проще. У меня потом еще был живот, он не сразу спал. У меня было молозиво  еще целый месяц. У меня сокращалась матка, как будто это были прощальные толчки малыша. А у мужа этого ничего этого не было. У него еще вчера были радостные прикладывания к животу жены с ответными реакциями сына, а сегодня – мертвый ребенок и всё.

После

21 июня будет 6 месяцев, как это произошло. Попробую продолжить размышления о том, каково мужчинам. Сами они не пишут и не говорят  об этом. Муж вернулся домой. А там его ждала ночная пустая квартира, полная крови и кошмара. Как он спал эти 7 дней дома, где еще вчера было счастье, а сегодня прочно поселилось горе, я не могу представить. Видела лишь его невыспавшимся каждое утро - он приезжал перед работой. Я целыми днями спала и не могла выспаться. Он работал. Мне было проще. Все звонили и писали мне. А ему – только некоторые. Сочувствовали мне. Это как-то странно.  Поэтому я и захотела написать эту историю.

Первые ступеньки

Потом мы начали выкарабкиваться. Нам очень помогли врачи, медсестры и весь персонал роддома. После выхода из роддома нам очень помог священник, к которому мы обратились через несколько дней после моей выписки и до сих пор регулярно прибегаем к его помощи. До случившегося я не была верующей. Муж верил. Но понимание, что наш ребенок теперь ангел, что он с Богом, и что ему там хорошо, исцелило нас. Люди в храме, в который мы теперь регулярно ходим, тоже очень помогли. Они постоянно нас чем-то угощали, давали нам какие-то иконки и магнитики, и ни о чем не спрашивали. Не знаю, почему они это делали. Муж говорит, что они видели, что нам это нужно.

Наши родственники и друзья тоже помогли нам вернуться к жизни. Их поддержка неоценима и трогательна. Хотя некоторые почему-то так себя и не проявили, ни разу не написали и не позвонили. Им страшно, что мы на них будем кричать? Должно быть. Но благодаря другим родственникам и друзьям мы карабкаемся дальше вверх.

Психолог  при роддом оказался невероятно мудрым и неоднократно помогал мне ответить на многие вопросы и  разрешить казалось бы неразрешимые ситуации.

«Группа поддержки для родителей, потерявших детей» в Москве, проводящая онлайн встречи со священником, буквально подняла меня с колен. Я познакомилась с родителями, которые тоже потеряли детей и были готовы говорить об  этом. Их опыт был для меня неоценим. Я получила утешение от священника, который доходчиво объяснил, что  наш ребенок не страдает.

Следующим спасительным канатом была «Группа поддержки родителей, потерявших детей в Санкт-Петербурге», благодаря которой я встретила таких же осиротевших  родителей оффлайн и стала выходить на новый уровень – сдавать анализы, чтобы выявить причину произошедшего во избежание повторения в будущем.

 

Обретение

И самое загадочное. Через несколько дней после произошедшего, когда мы опомнились, что нужно придать земле тело сыночка, нам сказали: «Если к вам до сих пор не обратились по этому поводу, значит, государство уже обо всем позаботилось». Эта тема стала табуированной в нашей семье. Ни я, ни муж ее не поднимали. Каждый переживал внутри. Но, благодаря девочкам из петербургской группы поддержки, которые разбередили мою рану подобными переживаниями, я решилась попытаться выяснить, где покоится наш малыш. Затеплилась надежда. И произошло чудо. Оказалось, что его прах ждет нас в крематории! Мы забрали малыша! И я смогла подержать его на руках и омыть слезами радости и горя! Наконец, я смогла прикоснуться к нему! Пусть в белом маленьком ящичке (урне с прахом), но до этого у меня не было вообще ничего! Я пыталась рассказать о муже, а в итоге переключилась на себя. Эгоизм неискореним. Но я счастлива от этого обретения! И прекрасно понимаю, что лишь те, чьи дети погибли или умерли, понимают такое счастье.

Инна Силова

По статистике , каждая 6-я семья в России сталкивается с перинатальной утратой , потерей беременности и им нужна поддержка и помощь.

Наш фонд оказывает поддержку таким семьям: как мужчинам, так и женщинам – мы проводим группу поддержки родителей в Москве, организуем личную поддержку с профессиональными психологами, готовим и делаем доступными каждой семье материалы, которые могут поддержать в такой ситуации.

Нам нужны сейчас финансовые ресурсы на то, чтобы каждая семья, потерявшая ребенка, своевременно узнала о том, что они не одни, и они могут и должны просить о помощи. И получат ее.

Вы тоже можете помочь! Потому что даже совсем маленькая сумма денег вносит вклад в это большое дело. По всей стране семьи смогут узнать, что они не одни, что рядом есть люди, и они хотят их поддержать сейчас.

Помочь Фонду: СМС на номер 3434 со словами НЕОДНА пробел СУММА ПОЖЕРТВОВАНИЯ (например, НЕОДНА 500)

   

Помочь фонду

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *